Кто для вас «чудики»? Для одних это просто люди, чьи поступки вызывают недоумение. Для других — фрики, которые вытворяют различные безумства. Михаил Гаврилов в спектакле «Залётные» взглянул на это понятие немного иначе и дал ему собственное определение.
В основу постановки легли девять рассказов Шукшина: «Стёпка», «Сапожки», «Земляки», «Операция Ефима Пьяных», «Миль пардон, мадам!», «Горе», «Жена мужа в Париж провожала», «Нечаянный выстрел» и «Залётный». Последний — ключевая история спектакля. Именно через неё идут красные нити к другим произведениям. Но обо этом мы поговорим чуть позже.
Сюжет почти слово в слово повторяет первоисточники. Каждая история — живая картина о простой жизни деревенских людей: покупка сапог для любимой жены, долгожданная встреча с братом, запись к врачу. Вы можете сказать: эти ситуации знакомы каждому, ничего особенного. И будете правы и неправы одновременно. Описанные в рассказах и показанные на сцене ситуации действительно близки многим, но крайне важны обстоятельства и контекст.
Спектакль построен так, что вы постоянно будете находиться на эмоциональных качелях. Одна история умиляет своей душевностью, следующие две — смешат, а потом вы ловите себя на том, что сидите в слезах и думаете: а ведь всё могло быть иначе. А ведь всё могло быть иначе у них. А ведь всё могло быть иначе у меня… В какой-то момент я, сама того не понимая, переключалась с истории персонажей на свою собственную. Именно потому, что темы инсценированных рассказов вполне доступные, житейские, они и откликаются сердцу.
Композиция спектакля довольно простая, но от этого не менее интересная. Сначала на сцене появляется Саня Неверов, главный герой рассказа «Залётный». Мы узнаём, что он переехал в деревню совсем недавно, что его невзлюбили местные и что он немного рисует. А дальше… Всё. Его сюжетная ветка прерывается через пять минут после знакомства с ним. Вот так!
Как нетрудно догадаться, героя мы, конечно, ещё увидим. И увидим не только в конце. Каждый шукшинский рассказ на этой сцене — своего рода зарисовка Сани. Всё, что мы видим перед собой, преподносится нам через призму восприятия главного «залётного». После завершения очередной истории в правой части сцены появляются небольшие рисунки, которые отсылают к уже увиденной нами «живой» картинке.
Одна из самых трогательный историй — «Стёпка». Главный герой Степан возвращается из тюрьмы домой. Родные радостно его встречают и устраивает по этому случаю праздник на всю деревню. Но по канонам историй Шукшина что-то должно пойти не так. И оно идёт… Стёпка-то, оказывается, не освободился, а сбежал. И сбежал за три месяца до того, как его должны были выпустить. Хотел увидеть семью. Итог — его увозят обратно и, с большой вероятностью, добавят ещё пару лет за побег.
Никто не знает, что произошло — все веселятся. Только немая сестра заподозрила что-то неладное. Режиссёр очень интересно обыграл момент, когда Степан и милиционер обсуждали дальнейшую судьбу беглеца. На фоне разговора героев играет песня. И поёт её не абы кто, а сестра. Та, которая в оригинале только мычит, сейчас напевает слова «с тобой до зари». Её простенькое белое платье, грустный мотив мелодии и нежный взгляд в сторону брата создают образ ангела-хранителя. Но после невесёлой беседы она возвращается к первоначальному образу и снова становится немой.
Дальше — по оригинальному тексту: Стёпку забирают — немая сопротивляется этому. Однако как же хорошо показали актёры эту сцену! Анастасия Стебнева, игравшая сестру, и Николай Куглянт — Степана моё сердце точно растрогали. Эти крики. Эти рывки в сторону брата. Эти отталкивания. Эти падения от сопротивления. Моментами забываешь, что смотришь спектакль.
У меня не самые близкие отношения с семьей. Поэтому в самом начале, видя, с каким оживлением и любовью родные встречают Степана, я загорелась белой завистью. Искренне радовалась за их воссоединение и сохранившуюся теплоту друг к другу. Однако то, что встреча оказалась недолгой. Что сестра, которая так долго ждала брата, снова его потеряет. Что Стёпка, сбежавший ради семьи, снова окажется вдали от неё. Всё это словно съедает изнутри. И тут не вышло. Слёзы так и наворачиваются.
Одна из особенностей «Мастерской» — использование в постановках мэппинга, проекции надписей и рисунков на задник сцены. В «Залётных» перед каждым новым рассказом на сцене появлялись рисунок и название произведения, которое вот-вот увидит зритель.
Иногда проекцию используют и как приём, чтобы передать внутренние чувства героя или показать отношение автора к происходящему. Например, в напряжённых ситуациях появлялись помехи. Или у кого-то из персонажей внезапно дорисовывались к голове оленьи рога.
Ещё одна особенность постановки — мобильные декорации. Задняя стенка делится на три части. Каждая из них поднимается и опускается в зависимости от ситуации. Это хорошо обыграно в «Залётных»: моментами помогает создать «двоемирие». Например, разделить витрину магазинчика и улицу с обычными рабочими. Иногда с помощью декораций показывается конфликт героев. Боковые стенки поднимают, центральную — оставляют на месте. Актёры там, где стенки убрали вверх, но с разных сторон сцены. Так визуально для зрителя разделяют жизненные приоритеты персонажей.
Когда все восемь картин «вырисуются» на сцене, сюжет возвращают к главному «залётному» — Сане Неверову. Его сюжетная ветка является завершающей точкой всех историй.
Спектакль получился очень душевным. Рассказы Шукшина погружают в глубину человеческого «Я». Там нет чего-то возвышенного, там нет чего-то чужого. Только ситуации, с которыми может столкнуться каждый из нас. Эмоции, которые я испытала при чтении этих рассказов, снова проснулись во мне при просмотре спектакля. Я бы даже сказала: проснулись и удвоились. Потому что это жизнь. Это то, что может произойти с каждым из нас.
Шукшинские чудики — это не непонятный народ и вовсе не фрики. Это самые простые люди, у которых выдалась не самая простая судьба. «Залётные», залетевшие не в ту среду.
Текст: Виктория Калиниченко
Фото: пресс-служба театра «Мастерская»
Будьте первым комментатором НА "О простых людях с непростой судьбой"