Илья Никитин: «Музыка никому ничего не должна»

Никитин

Лидер группы «Порт (812)» Илья «Маррадёр» Никитин рассказал Охтинскому пресс-центру о семье, творчестве, отношению к «Сектору Газа», Константину Кинчеву и Билли Айлиш, ФК «Тосно», идеальном будущем и многом другом.

Илья Никитин Первый концерт «Портов» был 30 сентября 1999 года, тогда Ваша группа выступала на разогреве у «Пилота». Прошло больше 20 лет. Как оцените профессиональный рост своей группы за это время?

— Рост налицо. В последнее время у нас всегда есть второй гитарист — это вносит определённое разнообразие в музыку и, естественно, в аранжировки. Если в 1999 году и музыку, и аранжировки придумывал только я, то, начиная с 2006 года, лепту вносит один гитарист тоже — в основном, в аранжировки. Половина песен, записанных в последнее время, — это заслуга Ивана в композиторском плане. Технически мы ещё в 1999-м неплохо играли, но, если смотреть с точки зрения сочинительства и композиций, сейчас всё гораздо сильнее.

В 2016 году Вы говорили, что все идеи песен принадлежат Вам. При этом говорили, что в последних трёх альбомах есть песни, написанные не Вами, а Вашими друзьями поэтами. Почему вдруг стали появляться эти песни?

— Все песни мои, просто ребята пишут тексты к ним по заказу. Я отмечаю какую-нибудь тему, какие-то слова, которые я хочу, чтобы употреблялись, чаще всего придумываю припев. И они уже делают остальное. Почему так происходит? Тут несколько причин, первая — нехватка времени, потому что чаще всего я пишу тексты, когда мы уже записали альбом, а вторая причина в том, что я иногда чувствую, что тексты некоторых песен и мысли, которые я хотел бы донести в песнях, эти парни могут выразить точнее.

Часто ли вы выступали на разогревах разных групп?

— Разогрев у русской группы был, наверное, единственным. Может, что-то ещё было, но я это не очень хорошо помню. В основном выступали с зарубежными коллективами: одни из первых были “Lagwagon” в Москве, с “Rage Against” и MxPx играли в Петербурге. Тогда это было необходимо, чтобы заявить о себе. Выступить перед большой публикой «Пилота» в начале карьеры, в 1999 году  было лучшим вариантом.

В одном из интервью Вы говорили, что в истории группы больше всего запомнился подъём с 2003 по 2006 год в момент расцвета панк-рока и поп-панка. Как сейчас вспоминаете те времена?

— Не сказать, что это самые яркие времена в плане творчества, но в плане концертов — да. Мы играли в Москве чуть ли не два раза в месяц, в Питере — стабильно раз в месяц. Иногда бывали и два раза в месяц концерты, причём, всё время были полные залы. Два раза в год у нас были туры, и народ приходил везде в приличном количестве. Сейчас даже представить себе невозможно, чтобы группы так часто играли и постоянно собирали народ. Тогда это было возможно, — пожалуй, это и есть самые яркие воспоминания от тех времён.

Илья Никитин Вы также сказали, что в 2007 году пошёл спад панк-движения. Как считаете, с чем были связаны и подъём, и спад?

— Подъём был связан, естественно, с тем, что в то время эта музыка была чем-то новым, модным и молодёжным. МТV тогда крутил клипы панк-групп, канал “A-one” тоже принимал и ставил русские группы. Мощный толчок дало то, что панк-группы стрельнули на Западе, — прежде всего, “Blink-182” — и потащили за собой сильную волну.

А спад произошёл, потому что детишки выросли. Сначала им было восемнадцать, а когда стало двадцать пять, они перестали интересоваться такой музыкой. У нас в стране старость наступает очень быстро! (смеётся) В 25–26 лет люди перестают интересоваться музыкой. А на смену панку пришёл рэпчик, который отвечал на вопросы той молодёжи, которой было по 16–18 лет. Рэп был для них более актуален, чем панк-рок того времени.

Как сейчас оцените панк-движение в России и в мире?

— В мире оно всё время в одном состоянии. Там нет особо сильных «провисов». Бывают всплески, когда появляется яркий коллектив, но в целом на Западе всегда есть стабильный спрос на эту музыку.

В России как был «провис» с того времени, так он никуда и не делся. Появились отдельные коллективы, которые привлекают внимание слушателей, — например, «Порнофильмы», которые уже собирают стадионы. Но это никаким образом не сказывается на интересе к панк-рок музыке, потому что у нас в стране любят отдельные коллективы, а не стили. Ещё один пример — «Король и Шут»: они мощно выстрелили и стали собирать стадионы, но в целом на панк-роке это, как оказалось, не отразилось. То есть, слушатели «Короля и Шута» — это не слушатели панк-рока, так же, как и фанат «Порнофильмов» — это не фанат панк-рока.

С другой стороны, в связи с развитием интернета стало проще создать себе аудиторию и достучаться до людей, но для этого нужно заниматься SMM-ом. Собственно говоря, подъём «Порнофильмов» и случился, потому что у них тогда был очень мощный SMM-менеджер, который группу поднял за полгода из разогревающей (весной нас разогревала за 3 000 рублей) до собирающей осенью на своих концертах 600–700 человек. Именно благодаря нынешним технологиям возможен такой гигантский скачок.

Что Вы сейчас слушаете? Какие группы и песни из каких альбомов чаще всего встречаются в Ваших плейлистах?

— Вчера, когда я ехал в машине, составил себе плейлист из жёсткого современного металла. Мне на тот момент захотелось как-то «пожестить». Названий я не помню, единственное, что запомнил, — группа “Xile”. Я вообще про неё раньше не знал. Очень брутальные чуваки, никогда не слышал такого голоса, как там, — чувак рычит реально как зверь.

В целом музыку слушаю разную: к примеру “Rotting Out”, последний альбом у них просто великолепен; очень понравилась группа “Manes”, которая в 1999 году играла блэк-металл, причём, по звучанию была некой смесью “Pink Floyd” и блэк-металла, а потом они стали играть мрачный трип-хоп.

Я слушаю довольно много всякой музыки — я не упёртый чувак, который слушает только панк-рок. Панк-рок я слушаю по утрам для заряда бодрости. Когда завтракаю, ставлю «Яндекс музыку», и подборка в Яндексе меня в принципе удовлетворяет. А в течение дня я слушаю самую разную музыку.

Илья НикитинЕсть жанры, которые не слушаете вообще, или Вы абсолютный меломан?

— Шансон по большей части я не слушаю. Могут понравиться отдельные песни, но очень редко. Абсолютно не слушаю русскую попсу, современный мажор-рэп — “Black Star” и всё такое. Считаю, что это просто порнография. Зарубежная музыка меня абсолютно не раздражает, поэтому из зарубежного могу слушать практически всё, а у нас в музыке много помойки.

Можете ли выделить две-три относительно молодые панк-группы, которые Вам нравятся?

— Мне очень понравились относительно молодые группы (считаю, что если группе 10 лет, то они ещё молодые) — «Местные» и «Суперкозлы». Зацепили эти москвичи. Из молодых это всё, потому что «Пошлая Молли» относительно давно существует. Их последний альбом мне не очень понравился, а первые два были отличными.

Какие песни каких жанров слушали в детстве?

— В самом детстве это была “Boney M.”, мне очень нравилась их песня “Sunny”. Наверняка Пугачёва — «Миллион алых роз» и всё такое. Потом я слушал “Modern Talking”, а затем папа начал ставить “Led Zeppelin”, и мне это стало действительно нравиться больше всего остального. Рок-музыка вдохновляла больше, чем поп. Лет с десяти я перестал слушать поп-музыку, потом уже пошёл русский рок: «Кино», «Алиса» и так далее.

Есть ли какая-то группа, альбом или отдельные песни, которые Вы можете слушать на репите часами? Слушая которые, Вы понимаете, что эта музыка Ваша, что Вы полностью понимаете исполнителя, и его музыка Вам максимально близка?

— К таким группам относятся “Depeche mode”, “Alkaline Trio”. Мы как-то слушали песню “Alkaline Trio” — “Warbrain” целую ночь по кругу. Ну и, наверное, это группа “The Hives”.

Есть ли песни, на которые Вы хотели бы сделать каверы и которые, по Вашему мнению, отлично звучали бы в исполнении «Порта»?

— Да. Зарубежные я не буду брать, потому что, считаю, это не очень интересно, хотя мы кавернули один раз “Depeche mode”. Давно хочу сыграть пару песен группы «Сок»: “Love” и «Метро».

Илья Никитин В 2015 году Вы охарактеризовали ситуацию в стране как «нравственная жопа». Как оцените нынешнее положение?

— Стало ещё хуже! (смеётся) Я думал, что тогда была жопа, — нет, то были ещё цветочки! На самом деле, всё становится ещё хуже. Прежде всего, власть провоцирует на это дело. Если посмотреть центральные каналы — как ведут себя ведущие всех этих жутких телешоу, это не жопа, это что-то страшнее. Это такое дно, которое они уже пробили давным-давно, и оно всё дальше и дальше, всё глубже и глубже, это просто ужас. Только пропаганда ненависти и нетерпимости к чужому мнению и образу жизни. Поэтому я никому не рекомендую смотреть такие шоу, только если в качестве зоопарка — смотреть как на передачу «В мире животных». Детей от такого точно надо ограждать. Ни в коем случае не включать телевизор, я так и делаю для своих детей.

Если назвать пять ключевых вещей, влияющих на деградацию нынешнего поколения, что это, по Вашему мнению?

— На самом деле, она одна самая главная — это гаджеты. Круглосуточное подключение к смартфону отключает мозг. В прямом смысле — он возвращается в первобытное состояние. Мозг развивается до 25 лет. Если к этому времени не нарастить нужные нейронные связи, то они потом просто не появятся. Как следствие — отсутствие памяти: как долгой, так и оперативной. Невозможность осознавать причинно-следственные связи. Такая проблема есть у детей или животных. Современный термин для этой ситуации в психиатрии: «информационная псевдодебильность». И, к сожалению, эти люди будут учителями, врачами, пилотами. Есть хорошая иллюстрация на эту тему — фильм «Идиократия». К сожалению, это не фантастика, а то, к чему мы уже пришли. И это только прогрессирует. Коронавирус по сравнению с этим — просто лёгкий насморк.

За счёт чего можно привести человечество к нравственному идеалу и гармонии?

— Во-первых, надо читать книги, заниматься наукой, изучать то, как мы устроены и что заставляет нас поступать так, а не иначе. Как работает наш мозг, как работает наша физиология, наш организм — человек должен понимать, как устроен мир.

Во-вторых, правильные нравственные нормы должны доноситься с детства. Канал пропаганды, который используется для ненависти, — я имею в виду телевидение — должен использоваться для пропаганды сочувствия и мудрости, а не злобы и тупости. Но это должна быть государственная политика, а нашему государству не нужны умные люди, поэтому навряд ли такое когда-нибудь произойдёт у нас. В других странах это вполне возможно, но не у нас. В нашей стране это всегда было и будет, потому что народ по большей части именно такой.

Как Вы себе представляете идеальное нравственное будущее?

— Когда люди терпимы к чужим взглядам, когда у них развита эмпатия, когда они могут сочувствовать окружающим и вставать на их место. Ведь как обычно говорят: «Попробуй встать на моё место и почувствовать то, что чувствую я». Люди почти всегда эгоисты, которые думают только о своей выгоде и рассуждают о жизни с позиции силы: кто сильнее — тот и прав. Но эта схема не работает в конечной перспективе, это что-то неандертальское, когда наши предки бегали с камнем друг за другом и пытались вышибить мозги. Мы недалеко ушли от этого. Хотя у нас появились замечательные технологии, но человек до сих пор туп и невежественен.

Вы также замечали, что протестуете против механического движения жизни, когда жизнь проходит на автомате. Как и за счёт чего протестовать против этого? В чём выражается Ваш протест?

— Тут надо не протестовать, а просто жить осознанно. Разные техники предлагают рекомендации, как жить осознанно. Большинству людей это покажется очень странным и довольно тяжёлым. Я тоже это не мог по-простому объяснить спрашивающему, но в недавнем интервью Гребенщиков сказал очень важную вещь, которая открывает все карты: нужно представлять, что к каждому моменту своей жизни, насколько ты его можешь держать в уме, ты шёл всю свою жизнь, и тогда ты будешь счастлив в каждый конкретный момент и будешь его осознавать. Это очень крутой совет и простой рецепт. То есть, считай, что каждый момент, в котором ты находишься, — именно тот момент, к которому ты шёл всю жизнь. Это очень хорошая фраза и просто блестящая формулировка, которая реально входит в голову. Если ты неглупый человек, то это очень чётко работает.

Илья Никитин В 2016 году Вы говорили, что не читаете художественную литературу, так как она скучна. Разве что с удовольствием читаете Пелевина. Спустя четыре года ситуация с чтением изменилась?

— Всё абсолютно так же. Мне художественная литература не очень интересна, я читаю только книжки, которые что-то дают для развития.

Почему именно Пелевин?

— Потому что Пелевин, как буддист, пересказывает в художественной форме интересные фишки буддизма, расписывает их забавным способом, который легче понять обывателю и мне в том числе: всё, что касается пустотности, вещей, связанных с трансформацией сознания, иллюзорностью и восприятием бытия. Он это делает просто мастерски, честь и хвала ему.

За всю историю группы «Порт (812)» у неё один раз был творческий перерыв в 2012 году. Вы говорили, что не видели в том, что Вы делаете, смысл и не хотели заниматься этим, но потом всё же вернулись. Были ли у Вас сомнения в том, чем Вы занимаетесь, и после 2012 года?

— Это происходит после выхода каждого альбома, продолжается где-то месяц, а потом всё идёт нормально. (смеётся) Мыслей о том, что надо бросать всем этим заниматься, не было. Но месяц-два после выхода альбома было похожее состояние — отсутствие сил и немного разочарования.

Вы не раз говорили, что по атмосфере и драйву на концертах особенно выделяется Петербург. Как думаете, почему именно этот город каждый раз дарит такие тёплые и мощные эмоции?

— Наша группа отсюда родом. Люди здесь нас давно знают и любят, поэтому, мне кажется, это очевидно.

Девятого января у вас вышел альбом «Подарок», на обложке которого красуется разноцветный цветочный череп. С чем связано такое название и оформление обложки? Кто их придумывал?

— «Подарок» — потому что там и песня есть под названием «Подарок». Концепция альбома цельная: многие песни посвящены смерти и всему, что с ней связано. Тому, как нужно, с моей точки зрения, относиться к этому, безусловно, важному процессу, который случится у всех. А череп — её олицетворение. Сделать такой череп было моей идеей и, если приглядеться, он состоит из элементов, которые присутствуют во всех песнях. Там нет ни одного лишнего элемента, всё связано, и это концептуальная обложка, которая чётко описывает всё, о чём поётся в альбоме.

Порт(812) У ваших альбомов интересные обложки. Особенно выделяются обложки 2016 года: «Короткие и странные», «Абсолютно всех» и сингл «Мир в розовых очках». Как и кем они создавались?

— Эти обложки рисовал художник Андрей Уваров. Во время работы над последним альбомом он очень странно себя вёл. Мы с ним сначала договорились, он собрался делать обложку, потом куда-то пропал, не отвечал и в итоге исчез из жизни группы. Не знаю, что с ним случилось, может, у него были какие-то внутренние причины. Он действительно нарисовал очень крутые обложки — они мне очень нравятся. Обложка альбома «Абсолютно всех» — будто картина европейских художников. Андрей Уваров сам предлагал рисунки, хотя были и мои идеи, которые он очень сильно дополнял.

Как оцените новый альбом, ведь работали над ним долго и усердно?

— Я считаю его нашим лучшим альбомом на сегодняшний день. В нём классные тексты, интересные аранжировки, что-то новое в музыке.

Есть у Вас в этом альбоме любимая песня?

— Сложно выделить любимую песню. На самом деле, они все мне очень нравятся.

Подарок Первая песня альбома «Подарок», на которую у Вас есть прекрасный клип, имеет довольно ощутимый политический подтекст. С какой целью она записывалась?

— Это реакция на глупость властей — в самой песне сказано, про кого она. Зимой и весной прошлого года стали массово запрещать концерты — сначала каких-то рэперов, потом и других музыкантов. Тотальная глупость и идиотизм — я уже не мог это держать в себе, поэтому и написал такую яростную песню. Думал, что это будет простая трёхаккордная песня — в итоге почти так и получилось. Я хотел поставить её в конец альбома, но Ромич (Роман Колесников прим. ред), когда сводил нам альбом, предложил сделать её первой, как некий мощный выстрел. Мы с этой расстановкой песен согласились, так они в итоге и остались. Это действительно очень круто, когда тебя «с места в карьер» уносит мощным ударом.

Можно ли назвать эту песню криком души многих российских граждан?

— Да, так оно и есть. Мы обычно не пишем политических песен, а тут просто уже достало. Когда степень маразма переходит все дозволенные границы, у тебя внутри всё закипает. Мне кажется, многие задаются вопросом: «Да что ж вы делаете?». Ты не понимаешь, откуда в них столько ненависти к собственному народу и злобы.

Правильно ли петь о политике, о ситуации в стране или музыка не должна затрагивать эти темы?

— Музыка никому ничего не должна. Каждый должен определять для себя сам, о чём петь, писать и о чём говорить — это его личное дело.

У Вас есть песня, записанная с группой «Маррадёры» и составленная полностью из строк песен Егора Летова. Она называется «Летов мёртв». Как пришла идея создания этой песни?

— Песня была написана, по-моему, в 1995 году, когда Егор Летов появился на центральном канале и прямым текстом сказал, что он фашист. Это очень удивило меня. Не сказать, что я был фанатом Летова, но слушал все его песни и, естественно, был в курсе всех его текстов. Составился текст моментально, труда составить его не было.

Порт(812) В «Маррадёрах» Вы играли хардкор. Потом, из-за написания романтических песен появилась группа «Порт (812)». Почему появились такие песни?

— Причин было несколько. Основная — в том, что просто захотелось играть более музыкальные песни и наслаждаться ими. Хардкор — это больше сгусток энергии, нежели музыка.

Есть ли у Вас сейчас песни, которые по каким-то причинам не вошли в альбомы «Порта», но отложены на будущее?

— Нет. Все песни, которые мы придумываем, мы записываем. Ничего не остаётся.

Скучаете по «Маррадёрам», группе бунтарей в лихие 90-е?

— Не сказал бы. На денёк можно было бы туда вернуться, но это, скорее, связано с желанием ощутить молодость, первооткрывательство. А в целом, — конечно, нет: плохой аппарат, плохие клубы, кроме «Там-Тама», в целом вся ситуация была так себе.

Одна из песен альбома «Подарок» называется «Ник Вуйчич». Почему решили написать песню с упоминанием этого человека?

— На мой взгляд, Ник Вуйчич — пример того, как человек может быть счастливым, не имея ничего кроме головы и туловища. Ощущение победы над обстоятельствами — это очень яркий пример. Песня как раз о том, что мы часто грустим, впадаем в уныние и депрессию при том, что имеем руки, ноги и возможность передвигаться без каких-либо усилий. На примере Ника Вуйчича понятно, что чаще всего наши проблемы настолько мелкие, что о них даже говорить нечего — смысл песни как раз в этом.

Илья Никитин «Порт (812)» выступал на «Нашествии» 2019 года. Какие эмоции испытывали, играя перед многотысячной публикой?

— Мы играли не на главной сцене, поэтому у нас не было многотысячной публики. Какое количество людей было, не знаю, но вряд ли 10–15 тысяч. Отличная сцена, очень крутой аппарат, причём, аппаратчики были из Питера, многих я лично знаю. По организации всё было просто супер, прямо великолепно: сразу подъехали на машине, тут же стояли гримёрки. Не надо было никуда идти или ехать, тут же стояла сцена. В плане организации лучше и придумать нельзя. Всё было чётко и профессионально, прямо от зубов отскакивало — мне очень понравилось

Вы говорили, что хардкорные гастроли в составе «Маррадёров» были довольно энергозатратными и такие выступления должны быть единичными актами, тогда они будут приносить удовольствие. Есть ли желание в ближайшие месяца или год покатать хардкорные гастроли, переключиться для нескольких городов на один концерт с панк-рока на хардкор?

— Пока нет таких планов, но, если будут хорошие предложения, почему бы и нет.

За время существования «Маррадёров» и «Порта» Вы откатали много гастролей, участвовали во множестве фестивалей и на разогревах. На каком концерте публика была самая активная и живая? И наоборот, когда и где публика была либо довольно тухлая, либо не совсем культурная и адекватная?

— Плюсов было много, поэтому сложно выделить конкретные концерты. В нулевые всегда было круто, достаточно вспомнить концерты в «Эстакаде» в Москве. Многие концерты в те времена были бомбическими.

Если говорить о концертах со знаком «минус», вспомню несколько случаев. Это был концерт в Кемерово, там было всё неадекватно. Вроде большой клуб, выходим на сцену чекаться, всё расставляем, и барабанщик говорит звукачу: «Ну что, давайте бочку чекать!» Звукач спрашивает: «А что чекать? Всё нормально». Мы спросили, где микрофон в бочку. Он удивился и спросил: «А чо, в бочку микрофон нужен?»

Сначала было очень смешно, потому что клуб был приличных размеров, и бочка без микрофона… Причём об этом не знал звукач, так что, понятное дело, каким образом строились наши отношения на сцене.

Когда начался концерт, все сидели за столами и пили пиво. Причём, молодёжь — это было очень странно. Во время концерта практически никто не стоял, все сидели за столами. Мы им сказали: «Вы чего, с ума сошли? Вы же на рок-концерт пришли! Может быть, вы встанете?» Они просто встали и также стояли, вообще не производили никаких движений. Это было очень забавно, хотя народу в клубе было довольно много.

Ещё хочется выделить один отличный концерт: это было в Петрозаводске, там был довольно большой стадион, тысячи на три, была куча народу. Перед сценой поставили военных и заграждения. Во время концерта народ просто смёл все заграждения — это неистовство я хорошо запомнил, было круто.

Порт(812) У группы «Порт (812)» двадцать клипов. Насколько это кропотливая и трудоёмкая работа — съёмка клипа?

— Для нас сложности возникают, если мы сами принимаем участие в режиссуре, когда делаем DIY-клипы. Тогда мы полностью участвуем в процессе съёмки — от придумывания сюжета и до поиска локаций. Самый простой клип, когда тебе человек просто говорит, что и как делать. Например, «Живей живых»: мы просто приехали в Москву, сыграли в ангаре, а всё остальное режиссёр уже снимал сам. Мы ни о чём не заботились, это была лёгкая работа.

В съёмках одного из наших первых клипов, который называется «Кто-то ещё», мы принимали очень серьёзное участие: мы и аппарат куда-то таскали и спускали на реку, выдумывали реквизит и многое другое. Тот клип был уже посложнее. Сложные клипы для нас —те, в которых ты принимаешь непосредственное участие в технической работе. «Кто-то ещё» как раз был таким клипом.

Вы упоминали в интервью, что начали заниматься панк-роком с 16 лет. Как это всё началось?

— Играли на лавочках Цоя с «Гражданской Обороной», а потом мы пошли в местный ДК у нас за городом, где я живу. Там был аппарат, мы попросили поиграть, и нам не отказали. Так всё пошло-поехало: мы ходили репетировать, придумывали песни, а панк-рок был самым простым, что можно было играть, тем более, мы любили эту музыку.

В феврале 2018 года в Петербурге Вы открыли бар “Depeche Mode Bar”. Как пришла идея создания целого бара, ведь это большой шаг?

— Да, это был большой и серьёзный шаг. Идея была в том, что я большой фанат группы “Depeche Mode”. Был в барах, посвящённых этой группе, в Риге и в Таллине и всё ждал, когда откроется такой же бар здесь в Питере. Чтобы я мог прийти туда выпить. Он всё не открывался, и я предложил своему товарищу, у которого на том месте стояла пивная, сделать “Depeche Mode Bar”. Сначала он отказался, потом, наконец, согласился. Так что деваться было некуда, и мы быстренько сделали там бар, вот такая история. Сейчас, во время карантина, он закрыт, как и все бары в России.

Во время прямого эфира в Instagram с лидером группы «Смех» Вы говорили, что работаете генеральным директором в фирме, занимающейся продажей чугунных труб. Как Вы пришли в эту сферу? Много ли времени и сил она занимает?

— Идея пришла, когда не было денег. Я думал, чем заняться, попросил совета у своего друга из Москвы. У него своя серьёзная фирма, так что он предложил через него заниматься этим делом. Вот я и занимаюсь уже четвёртый год, правда, с переменным успехом. Я, конечно, не супер-бизнесмен, но кое-какой доход это приносит.

Не так давно в сообществе “POLYGON.FM” появилась запись Вашего обращения об объединении панк-музыкантов на базе онлайн-радио. Расскажите, пожалуйста, подробнее, в чём идея этого радио?

— Это мне предложил Павел Клинов, директор агентства «Полигон», которое делает много всего, в частности, и радио. Радио тут не самое главное, хотя и «одно из». Павел сказал мне, что пора как-то объединять панк-рок в движение, которое давно разрознено, и сделать из этого событие. Сейчас все группы находятся в единоличном существовании, что, как мне кажется, не делает панк-рок в нашей стране единым явлением, это всё превращается в точечные всплески.

Поскольку мы с Павлом оба из Петербурга, он предложил мне стать лицом движения, которое мы сейчас начинаем мутить. Там будет онлайн-радио, фестивали, организация гастролей, выпуск альбомов, какие-то рецензии и прочее. Клинов меня попросил, и я составил такое воззвание. Мы будем работать в этом ключе в ближайшее время, и, надеюсь, у нас всё получится. Но тут всё зависит не столько от нас, сколько от музыкантов, которые есть сейчас в России. Вполне возможно, что они скажут: «Нафиг нам это надо? Мы и сами с усами».

Порт(812) Вы выпускаете альбомы довольно часто, что не может не радовать как Ваших поклонников, так и просто фанатов панк-рока. Не устаёте от этого?

— Когда как. Бывает, что идеи появляются на следующий день после выпуска нового альбома, бывает и перерыв. Сейчас у нас как раз перерыв, мы ничего не придумываем. Альбомы сочинять нетрудно — это весело. Сначала мы придумываем музыку. Чаще всего это происходит так: мы записываем альбом на студии и только потом придумываются тексты. Такой вот у нас принцип работы.

Вы говорили, что песней «Абсолютно всех», адресованной Васе Васину и являющейся продолжением его песни, вы хотели возобновить традицию 80-х, когда рок музыканты писали песни друг другу. Было ли желание сделать так ещё раз?

— Пока идеи не приходят. Это же не должно быть чем-то вымученным, это должно идти от сердца, когда тебе захотелось адресовать кому-то песню, и ты её придумал.

Назовите, пожалуйста, по две-три наиболее весёлых, романтических и грустных песен «Порта»?

— Давайте сразу грустные. На последнем альбоме это «Мама, прости» и «Собачий вальс». Романтические: «Ты со мной» и «С тобой» — песни, которые описывают одно и то же. И весёлые песни — это блэкметаллическая «ТИ (812) ЗЭПК» и «Кузнецов».

Вы говорили, что в детстве были «алисоманом», и Вашим кумиром был Константин Кинчев. Как сейчас относитесь к творчеству группы «Алиса» и Кинчеву?

— Так как это моя древняя любовь, я не могу говорить, что он совсем поехал кукухой. Хотя, мне кажется, это очевидно. Жаль, что Константин Кинчев перешёл в маразматическую область: история с его мракобесием, плюс зигамётство на концертах — удручающая вещь для меня. Тот весёлый и бодрый молодой человек, который был моим кумиром, исчез давно. Этот старец, хоть я и испытываю к нему уважение за былые заслуги, сейчас совсем другой. Я сейчас абсолютно ему не верю. К сожалению, всё в прошлом.

Группа «Алиса» сильно изменилась для Вас?

— Конечно. Если тогда это была действительно яркая, бодрая, в чём-то экспериментальная музыка, то сейчас это какая-то околопатриотическая возня. Всё это для меня очень муторно и, как говорили в 90-х, не сексуально. Я не очень люблю такой стиль повествования, как у них сейчас.

Илья Никитин У Вас довольно много татуировок. Расскажите про них: когда били, что они обозначают, хотите ли ещё набить себе что-нибудь?

— Первая тату у меня появилась в 1997 году. Это был просто трайбл по мотивам фильма «От заката до рассвета». Тогда многие делали такие штуки. На шею у меня, конечно, татуировка не выходила, как у Клуни, — у меня она была поменьше. Остальные тату описывать слишком долго, их действительно немалое количество. Да, хочу ещё, но жена ругает, поэтому я так, с боем делаю (смеётся). Так бы у меня уже было гораздо больше тату, но каждый раз она ругается, а я слушаюсь жену (улыбается).

У Вас есть сын и дочь?

— Да, у меня есть сын и дочка.

Вы часто проводите время с семьёй?

— Во время карантина, естественно, — круглые сутки. Сын постоянно дома, дочке 13 лет, поэтому она по большей части сама по себе. Да, провожу довольно много времени с семьёй, особенно с сыном, потому что он маленький ещё — ему четыре года. Он меня всегда умиляет и веселит.

Вы выкладывали пост в Инстаграм со своей дочерью Соней, где писали, что идёте на первый в её жизни концерт — Билли Айлиш. Это довольно неординарная персона в музыке, не имеющая никакого отношения к року, тем более, к панку. Как Вы ощущали себя на том концерте? Понравились ли песни Билли Айлиш?

— Я очень люблю Билли Айлиш. Концерт крутейший, был солд-аут. Было крутое ощущение, когда зал пел каждую песню, хотя все песни английские, а мы находимся в России. Все пели каждую песню «от и до», на топовых моментах и хитах пение из зала заглушало музыку. Это было просто невероятно, отличный концерт.

Как Ваша дочь относится к Вашему творчеству? Пытаетесь ли Вы привлечь её к рок-музыке?

— Она достаточно взрослая, чтобы выбирать сама себе музыку, поэтому я её не привлекаю. Тем более, она у меня волк-одиночка — сама решает, что ей надо, а что не надо. Поэтому я не могу её заставить или к чему-то привлечь.

Что касается музыки, мои песни из её комнаты иногда доносятся. Уж не знаю, зачем она их слушает: с удовольствием или просто так, ради ознакомления. Но в основном она не слушает рок, ей нравится другое.

В апреле 2018 года в своём аккаунте в Инстаграме Вы радовались тому, что футбольный клуб «Тосно» вышел в финал. Вы болеете за этот футбольный клуб?

— Нет, просто живу в Тосненском районе, и это такая local team. Не могу сказать, что болею за этот клуб, но очень приятно, когда захудалая, замшелая команда завоёвывает кубок. Тем более, «Тосно» ни разу за свою историю не проиграло «Спартаку», что о многом говорит. Это было очень симпатично, когда ребята, не имея многомиллионных контрактов, завоёвывают Кубок России.

Вы в детстве занимались каким-либо видом спорта?

— Да, в школе была лыжная секция, и я занимался лыжами. Когда мне было лет 9–10, проходил конкурсный набор в команду «Ижорец», в которой был Панов, игравший потом и в «Зените», и в «Спартаке». Меня туда приняли, а друга моего — нет. Поскольку я один не хотел ездить, моя карьера футболиста на этом закончилась.

Вы поёте в группе, ездите по гастролям, довольно часто записываете мощные и качественные альбомы, содержите вместе со своим товарищем целый бар, работаете в сфере торговли, растите двоих детей. При этом Вы всегда бодрый, энергичный и жизнерадостный. В чём секрет? Как не уставать и при этом ещё иметь свободное время?

— Принимать витамин D и больше общаться с людьми. Общение с людьми — мой стимул быть энергичным. Когда я один, чаще всего впадаю в уныние. Общение — двигатель, который делает меня бодрым. Ну и витамин D, конечно.

Если бы панк-рок был человеком, кем — или совокупностью кого — он бы был в СССР, в России и в остальном мире?

— В советское время — это Андрей Панов, «Свин». В России… сложно сказать, на мой вкус — это Чача (Александр Иванов, фронтмен группы «Наив» — прим. ред.). Мне нравится его, с одной стороны, интеллигентность, с другой — рас…дяйство. Это меня в нём вдохновляет и воодушевляет.

В мировом плане пускай это будет Fat Mike. Хоть я и не очень люблю группу “NOFX”, мне кажется, что он — воплощение панка в том плане, что он волен и свободен делать вообще всё, что хочет, вопреки огромному количеству людей, которые не понимают его. К примеру, в последнее время он всегда играет в женском платье, даже ездит на транспорте в платье. Мне кажется, что это воплощение человека, которому вообще плевать на какие-то нормы.

В одно время «Порт (812)» издавались на подстудии Сида из «Тараканов!» вместе со «Смехом» и «1.5 кг Отличного Пюре». Как считаете, если бы не та подстудия и не те группы, добился бы Ваш коллектив таких успехов?

— В то время это был мощный рывок. Тогда ещё сохранялась зависимость от физических носителей, музыка распространялась на кассетах или компакт-дисках. Люди начали узнавать о нас как раз из того сборника, для них это было первое знакомство с группой, и им понравилось. Добились бы мы того же успеха? Добились бы, но время оттянулось бы на пару-тройку лет, потому что тогда не было хорошего интернета. Поэтому сборник, который выпускал Спирин и его компаньоны, дал нам мощный толчок в то время.

Вы говорили в интервью, что «Сектор Газа» — группа, которую слушали в основном гопники, что это не панк. Тогда как можете охарактеризовать их жанр и объяснить, как и за счёт чего они добились внушительных успехов?

— Шансон добивается ещё больших успехов, чем рок, и «Сектор Газа» примерно из той же серии. Тот же самый шансон, только с использованием каких-то рок-прихватов. И я не могу понять, какое затмение нашло на людей и почему вдруг в нулевых вроде адекватные люди, тот же самый Чача, стали считать, что это какой-то панк-рок. В 80-х это реально слушали гопники в ватниках и кирзачах, да и в 90-х тоже. Никто из моих знакомых никогда не говорил, что любит «Сектор газа», повальное увлечение их творчеством началось уже после смерти Клинских. Я не знаю, с чем это связано, это какой-то морок.

В первой половине апреля Вы проводили стрим «Вконтакте», где на протяжении двух часов общались с поклонниками и пели свои песни под гитару. Как Вам сама идея такого эфира, который за неделю посмотрели почти 70 000 человек?

— Отличный опыт. Мне очень понравилось, думаю, что буду продолжать. Может, на следующей неделе сделаю ещё одно такое вещание из дома, но уже в формате разговора. Может, и спою чего-нибудь.

Работаете ли над новым альбомом сейчас? Ведь как раз во время самоизоляции оптимальное время для подобных дел?

— Ну так, в расслабленном режиме. Что-то придумываем по чуть-чуть, но не делаем из этого каких-то серьёзных выводов, примеряемся.

Есть ли жанр или поджанр, в котором хотели бы себя попробовать?

— Может, какой-нибудь клауд-рэп, что-то мрачное. Мне это нравится в последнее время — по типу “Ghostemane”.

Сейчас довольно тяжёлая ситуация в стране и в мире. Приятно видеть, что хоть Вы не унываете и идёте с высоко поднятой головой. Обратитесь, пожалуйста, к своим поклонникам, слушателям рока и просто жителям нашей страны: что можете пожелать им, посоветовать или просто сказать?

— В первую очередь: обязательно купите витамин D и каждый день его употребляйте. Это способствует позитивному взгляду на вещи. Внутри нас тоже вырабатываются всякие гормоны и элементы, которые делают нас счастливыми.

Как говорится, не только бытие определяет сознание, но и сознание определяет бытие, поэтому начните с сознания. Прежде всего, нужно думать, что это всё пройдёт, а это действительно всё рано или поздно пройдёт, главное — не помереть с голоду. Коронавирус, я надеюсь, не так страшен для молодых людей, но старайтесь оберегать и поддерживать своих родителей и бабушек в таком состоянии, чтобы они не особо контактировали с окружающим миром.

Обязательно слушать хорошую музыку, всегда заставлять организм вырабатывать антитела к вирусам и всяким другим гадостям, которые витают вокруг. Ведь залог хорошего и крепкого здоровья — не только витамины, но также позитивный жизненный настрой. Надеюсь, мы все доживём до глубокой старости и запишем кучу хороших альбомов. Будьте здоровы!

Интервью: Александр Петрич
Фото: архив группы, Дмитрий Веселов, Татьяна Власова, Маша Марс (rockcult.ru)

ПОДЕЛИТЕСЬ ЭТОЙ НОВОСТЬЮ С ДРУЗЬЯМИ

Прокомментируйте первым "Илья Никитин: «Музыка никому ничего не должна»"

Оставьте комментарий

Ваш адрес не будет опубликован


*


Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.