Александр Кушнир говорил о симпатии и любви к Илье Кормильцеву

Кушнир

Ровно 11 лет назад — 4 февраля 2007 года — из жизни ушёл знаменитый поэт и переводчик, основной автор текстов песен группы «Наутилус Помпилиус» Илья Васильевич Кормильцев.

Александр Кушнир — журналист, музыкальный продюсер, глава «Кушнир Продакшн» и автор книг о советской и российской музыке — в прошлом году написал книгу, посвящённую ушедшему из жизни поэту: «Кормильцев. Космос как воспоминание». В петербургском «Доме книги» на Невском проспекте, несколько дней назад прошла её презентация.

На презентацию пришло около пятидесяти человек, после её начала останавливались и простые посетители «Дома книги». В итоге Кушнир смог привлечь более сотни слушателей.

В начале Александр Исаакович отметил, что четыре года назад на этом самом месте проходила презентация другой его биографической книги «Сергей Курехин. Безумная механика русского рока».

«Книга про Кормильцева — в каком-то смысле диптих. Кто бы мог подумать, что у питерского чудо-мальчика и великого авангардиста Сергея оказалось очень много общего с Кормильцевым», — заявил Кушнир.

Затем он поделился историей знакомства с Ильей Кормильцевым. Осенью 1995 года в квартире Александра раздался телефонный звонок. Незнакомый голос сказал: «Привет, это Кормильцев. Диктуй свой адрес, я хочу приехать и познакомиться».

«Почему он так сделал, могу только догадываться… На следующий день мы встретились. Очень смешно: дело было утром, и когда я открыл дверь передо мной стоял какой-то шахид, абсолютно лысый. Я его пригласил, он бесцеремонно сел на стол и начал что-то рассказывать. Половину из слов, что он говорил в первые месяцы нашего знакомства, я не понимал. Потому что слова были такие: интернет, CD-ROM, PDF-файлы», — немного смеясь, рассказывал Кушнир.

Вот ещё одна забавная история: «Илья хотел, чтобы я написал историю группы “Наутилус” для их сайта. Но у меня не было в планах написания истории группы, тогда я был в процессе работы над книгой “100 магнитоальбомов советского рока”. Я сказал Кормильцеву: “Илья, ни за какие деньги я не буду это делать”. В ответ он мудро улыбнулся, назвал сумму, и я сказал: “Я согласен”». Александр отметил, что после этого истории о продажных московских журналистах получила яркое воплощение.

«Мы были аналогом “Могучей кучки”, — скромно заметил автор и продолжил. — Мы мечтали выпускать лицензионный русский журнал “Q”, от слова question, мы даже сделали макет первого номера». Но о том, что произошло дальше с этой идеей, Кушнир рассказывать не стал.

Потом Александр вспомнил, как Кормильцев раздал им билеты на последний концерт группы «Наутилус Помилиус». «Группа уже распадалась, последний тур, Вячеслав Бутусов потом говорил: “Повезли в наручниках по всей стране”. Концерт был так себе, и когда я вышел на улицу, было ощущение, что закончилась эпоха, эпоха великой уральской группы “Наутилус Помпилиус”», — с грустью в голосе закончил Кушнир.

После долгого вступления он перешёл к рассказу непосредственно о создании книги «Кормильцев. Космос как воспоминание». Так, Кушнир поведал, что в Питере и в Воронеже он провел лекции про Сергея Курёхина, книга о котором к тому моменту уже была написана, и лекции про Илью Кормильцева. Реакция слушателей на первую персону оказалась менее сдержанной. «Мне казалось, что Курёхин более фееричный, деспотичный и провокационный по стилю. Но, видимо, в русском сознании столкнулись судьба авангардиста (Курёхин) и судьба поэта — Кормильцева», — прокомментировал Александр. А после добавил: «Это и привело к тому, что я достал с полки диктофон, старые интервью и примерно пять лет назад стал работать над книгой “Илья Кормильцев. Космос как воспоминание”».

«Книга начинается провокационно: Кормильцев гипнотизирует свою вторую жену, и они выносят из дома всё золото тещи, на которое покупают новую портастудию фирмы Sony. И было понятно, что этот человек не перед чем не остановится», — съязвил Кушнир. При помощи этой портастудии началось возрождение уральского рока, а точнее — началось создание легендарной рок-группы «Наутилус Помпилиус».

«До появления золотого состава с большим количеством песен на стихи Кормильцева оставалось около года. В этот момент к группе присоединяется “музыкальный центр” Алексей Могилевский. А сейчас поприветствуйте Алексея питерскими аплодисментами!» — сказал Александр, и к нему из зала вышел сам Алексей.

Могилевский начал с предупреждения о том, что не будет «гнать» слушателей по истории группы «Наутилус Помпилиус». Он признался, что мало общался с Ильей Кормильцевым при жизни.

«Репетиционный задел Ильи всегда выглядел так: он встречались с Вячеславом Бутусовым, шушукались, а потом Бутусов доносил до нас смысл этого шушуканья, и мы до хрипоты и до утра делали аранжировку», — так, по словам музыканта, проходили репетиции группы.

Алексей рассказал об Илье то, что заставило слушателей взглянуть на Кормильцева как на обычного человека. «В Илье было очень много от мамы, он мог хорошо накормить и ухаживать, когда ты захвораешь. Я, прожив всю жизнь в Екатеринбурге, заболел в Москве. Илья Кормильцев не дал отвезти меня в больницу с тяжелейшим воспалением лёгких и увёз меня к себе на квартиру. Нашёл медсестёр, какие-то сумасшедшие лекарства и за три дня поставил меня на ноги с пневмонии, это дорогого стоит. Ему ничего не стоило постирать, помыть полы, он был парнем хозяйственным, и, по-моему, Илья это дело любил», — отметил Могилевский. А потом поделился ещё одни интересным фактом о Кормильцеве: «Он говорил совершенно обыденные вещи в нашей компании, любил рассказывать анекдоты. Не умел, но любил. Умение заключалось в том, что после рассказанного им же анекдота он смеялся громче всех», — посмеиваясь, сказал музыкант.

Говоря о книге, Могилевский отметил: «Эта книга не является истиной, это личное виденье Александра, это абсолютно субъективная штука, которую очень интересно читать. Потому что начинаешь понимать, кто такой Александр Кушнир, он даже сам не знает кто он».

Кушнир пояснил, что повествование в книге построено в хронологической последовательности, но иногда перемежается интервью с Ильей.

«Во время интервью со мной Илья был предельно откровенен, говорил жёстко, честно и иногда дерзко», — сказал Кушнир.

Александр Исаакович взял свою книгу и стал листать её, пока не нашёл нужный разворот: «Не все вещи легко читать, даже глазами современного человека, поэтому один из дизайнеров оформил этот разворот таким образом. В этом тексте очень откровенный разговор на запретную тему о наркотиках, об их влиянии на творчество и раскрытие сознания…».

Летом 1997 года с разницей в несколько дней были распущены две группы — «Наутилус Помпилиус» и «Аквариум». В книге подробно написано о том, как после этих событий Илья Кормильцев заперся с Олегом Сакмаровым, они начали работу над психоделическим альбомом «Чужие», который никуда не прорвался. Это надломило Кормильцева, он начал жизнь с белого листа, а зарабатывать стал переводами.

«В 2002 году Илья организовал, наверное, самое провокационное издательство в современной России — “Ультра. Культура”. Оно просуществовало пять лет и было зверски задушено, часть книг просто уничтожена», — заявил Кушнир.

Александр рассказал, как Кормильцев строил работу своего нового издательства: «Обложившись в Москве прекрасными редакторами, Илья издавал пять направлений книг. Которые другие издательства ни в Москве, ни в Питере не издавали. Конечно это музыкальные книги, книги Лидии Ланч, книга «Я был драгдилером ‘Rolling Stones’». Второй вектор — поддержка сравнительно известных русских поэтов, таких как: Всеволод Емелин, Алина Витухновская. Третий вектор был переводческим, притом исламским. Примерно в 2005 году он выступил в качестве соучредителя премии «Исламский прорыв».

«Хочу поблагодарить Емелина, за его стихотворение “Космос как воспоминание”, и он подарил мне эту фразу, которой и названа моя книга. Кормильцев очень любил это стихотворение», — добавил Кушнир.

Немного напряженную атмосферу в зале Александр смог разбавить ещё одной забавной историей. «Илья был подрывником, революционером, он не мог просто взять книги и поставить их на книжную выставку на ВДНХ в Москве», — сказал Кушнир.

«В книге подробно описано, как Кормильцев с партнёрами узнали, что аренда огромного самолёта, который стоял в центре ВДНХ, стоила намного дешевле, чем аренда книжного стенда. Поэтому они быстро арендовали самолёт и организовали там много разных перфомансов с участием Лимонова, каких-то поэтов и реперов. Со стороны это выглядело очень красиво, когда ФСБ перекрыло целый самолёт, потому что в тот момент на соседней площадке происходила презентация книги какого-то очень важного шейха из Саудовской Аравии», — немного посмеиваясь, закончил рассказ Александр.

Затем Кушнир признался, что является обладателем оригиналов двух последних переведённых книг издательства Кормильцева: «Клубная культура» и «Чёрная культура апокалипсиса». Эти книги были уничтожены осенью 2006 когда, а у него сохранились.

«Хочу вас уверить, что ничего более безобидного я не читал. В этих книга нет рецептов создания бомб и приготовления препаратов, расширяющих сознание, и нет призывов к насилию», — с иронией добавил Кушнир.

В конце Алексей Могилевский поделился занимательной историей, на которую стоит обратить внимание музыкальным критикам. Недавно он раскрыл секрет, что за 35 лет существования песни «Казанова» никто не догадался, что эта чистая «калька». Перед ним стояла задача написать мелодию на одном аккорде, но боевую. Всё, что было из текста песни — это одно слово «Казанова». Тогда он вспомнил мелодию песни из альбома «A Night at the Opera» группы «Queen». Они взяли эту мелодию и сыграли в обратном порядке, так и появилась песня «Казанова».

«Ни один из музыкальных критиков великой нашей России не заподозрил кальки. А всё почему? Потому что ни один из музыкальных критиков нашей страны не имеет соответствующего образования. Они переслушали килотонны музыки, все альбомы и песни зазубрили. Но то, что находится на пяти линейках, то, что составляет музыкальный аудиоряд, им по определению неведомо», — высказался Алексей Могилевский.

«Последняя часть книги называется “Повелитель книг”, она про “Ультра. Культуру” и про то, как Илья эмигрировал в Англию с семьёй, абсолютно без денег, раздавленный, непризнанный и, чего там греха таить, позабытый. Он очень тяжело умирал — от болезни, которую не лечил, у него не было ни желания, ни времени…» — закончил Кушнир.

Текст и фото: Николь Фёдорова

ПОДЕЛИТЕСЬ ЭТОЙ НОВОСТЬЮ С ДРУЗЬЯМИ

Прокомментируйте первым "Александр Кушнир говорил о симпатии и любви к Илье Кормильцеву"

Оставьте комментарий

Ваш адрес не будет опубликован


*


Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.