Надежда Серебренникова: «В России не было нужного мне количества покоя и скуки»

Серебренникова

Родившаяся в Томске, работавшая в Петербурге и ныне живущая в Калифорнии писательница Надежда Серебренникова рассказывает о вдохновении, поддержке семьи и отношении к начинающим писателям в России и Америке.

СеребренниковаКогда Вы начали писать? Что послужило поводом для создания первой книги?

— Как и многие, в раннем детстве писала стихи, но в пятнадцать поэтическое вдохновение словно выключилось. Может, повлияло то, что оба родителя — поэты, и стихов стало слишком много.

После двадцати пяти лет начала работать журналистом, сначала внештатным, а после — в штате газеты «Санкт-Петербургские ведомости», где ставший мне родным человеком старший коллега Станислав Петров в дружеской беседе вдруг сказал: «Надя, пиши книги. Ты можешь больше, чем статьи в газету, которая живет один день». Вдохновил.

Помню, в тот вечер домой влетела с сообщением: «Буду книгу писать!» И сразу задумалась, а о чём? И вдруг подумала, что собственная история вполне достойна того, чтобы её увековечить в своей первой книге. Дюже интересная жизнь получается.

Первая попытка рассказать о себе с точки зрения героини была «отправлена в топку». Это не должны были быть просто мемуары, пусть даже и в третьем лице. Прошёл примерно год, а меня всё ещё мучал творческий непокой. И вот однажды ночью в полудреме пришла в голову идея написать книгу от первого лица. И лицом этим должен был стать ребёнок. Вернее, его душа. И следующим же утром родилась первая глава, которую я сразу отправила одной знакомой писательнице Наталье Труш с вопросом, стоит ли продолжать. «Да, Надь, пиши. Цепляет», — получила я её лаконичное одобрение. Продолжала и заканчивала я роман в Чехии, в Карловых Варах, где мы, как тогда думали, останемся жить. Нашла ту самую первую главу в отправленных письмах в электронной почте ещё через год, а вдохновения в Карловых Варах было хоть отбавляй. Весь город — сплошное вдохновение: красота, тишина и покой. И зимняя скука, которая была мне необходима, чтобы сосредоточиться. В процессе написания романа поняла, что нуждаюсь в постоянном одобрении. Отправляла написанное частями лучшей подруге Ане за поддержкой. Роман получился таким, что у многих читателей сразу возник вопрос о продолжении. Решила тогда, что продолжению — быть.

Когда в 2013-м переехали в США, почти сразу начала писать сиквел, который, несмотря на довольно сложное время адаптации в новой стране, закончила за полгода.

Здесь же начали рождаться интересные очень маленькие рассказики об окружающих нас вещах как если бы они могли думать и чувствовать как люди: велосипед, что устал колесить, чайный пакетик, который боится, что его используют, зонтик, который хотел вырваться из рук и улететь, кошелёк — любитель играть в пятки, тележка в магазине, мечтавшая, чтобы хоть кто-то оставил её себе навсегда… В некоторых их них кто-то может узнать себя. Именно эти истории в количестве сорока штук и стали моим дебютом в США, перевела их замечательная канадская переводчица Кристина Стейгер.

— Вы живете за океаном. Ваша книга вышла на английском. Насколько легко пробиться в мир литературы США?

— Я только начинаю здесь свой творческий путь. Сборник рассказов «Любопытные вещи» (“Curious Things”) вышел в августе 2017-го. Приняли сборник к публикации довольно быстро, примерно через три месяца после того, как я отправила чуть больше десятка писем с предложением в разные американские издательства.

С романом, который тоже переведён на английский, процесс переговоров с издательствами пока идёт. Сравнивая с реакцией издательств в России, хочу заметить, что система работы с новыми авторами в США налажена намного лучше.

В отличие от российской действительности, здесь хотя бы знаешь, что письмо твоё дошло (сразу приходит подтверждение) и довольно быстро приходит ответ. В России одно издательство только через год попросило переслать файлы в другом формате. Я довольно быстро остыла к идее пытаться наладить контакт с издателями в родной стране, и просто выложила роман «Родиться вопреки» на Ридеро.

— Вы работали журналистом в Санкт-Петербурге. Сейчас Вы живёте в США. Как пишется там? Как писалось здесь?

— Недавно в фейсбуке был флешмоб, где нужно было написать о себе десять пунктов, два из которых были бы ложными. Один из пунктов я сделала таким: «Ни одно из своих литературных произведений не написала в России». Многие подумали, что именно это и есть ложь. А это была чистая правда. Даже не знаю, почему, но кроме первой главы первого романа, ничегошеньки не написала.

Наверное, не было нужного мне количества покоя и скуки. Работа журналистом в газете увлекала до тех пор, пока вдруг поняла, что просто физически не могу писать о том, что мне неинтересно. Просто ступор какой-то напал: понимаю, что нужно подойти к человеку и задать вопрос, чтобы его потом процитировать в статье, а ноги не несут. К тому же ненавидела проводить время в офисе. В общем, ушла в свободное плавание, которое течением судьбы, выдавшей мне выигрыш в лотерею грин-карты, унесло меня в Калифорнию.

А в Беркли, где мы поселились, в моё окошко вдруг залетела муза…

Да такая муза попалась интересная: идёшь по улице, всё цветёт, город, хоть и маленький, но какой-то нескучный и очень своеобразный. Всё время что-то интересное видишь, и словно щекочет какая-то мысль… Щекочет, щекочет, пока не сядешь за компьютер и не начнёшь писать.

Садишься, и такое ощущение, что это даже не твои мысли, а тебе словно их шепчет кто-то. «Нашептала» мне эта замечательная муза второй роман, полсотни коротких историй, и решила начать шептать что-то детское.

С первых дней в Америке я веду блог о нашей здесь жизни. Первые посты были очень длинными, сейчас стали всё реже и короче, что неудивительно — новизны осталось не так много.

— Расскажите о своей семье, о любимых городах, улицах и стихах.

— Семья состоит из замечательного мужа по имени Серёжа и детей, которых зовут Мирослав и Нина. У них два года и один час разницы в возрасте, сейчас им 14 и 12 лет, учатся в 9 и 7 классах американской школы (вернее, двух школ — старшей и средней).

С тех пор, как я в 2010-м году вышла замуж, жизнь стала резко менять географическое направление: Томск — Санкт-Петербург — Карловы Вары — Сочи, где мужу предложили работу на строительстве олимпийских объектов, а я год работала учительницей в школе в начальных классах, собственно, по своей профессии. Оттуда мы, с заездом в Питер на презентацию «Родиться вопреки» в дивном местечке «Книги и кофе», перекочевали в США. Не были уверены, что задержимся надолго, но скоро четыре года, как мы здесь.

Любимых улиц как таковых нет — есть места, куда хочется возвращаться. Деревня Оськино в Томской области, где мы с бабушкой проводили каждое лето, пока я в возрасте девяти лет не переехала с мамой жить в Ленинград. Мозаичный дворик в Питере, откуда, если открыть дверь в арке, открывается потрясающий вид на решётку Летнего сада, Петропавловку, Неву и Аврору. Патриаршие пруды в Москве, где беседовали Берлиоз, Бездомный и Воланд и неподалеку дом на ул. Садовой, где находится квартира № 50 из булгаковского «Мастера и Маргариты», который в подростковом возрасте я абзацами могла цитировать наизусть.

Со стихами отношения сложные, хотя могу легко написать хоть о чём довольно быстро. Но не хочется, поэтому пишу исключительно прозу.

— Как Ваша семья влияет на творчество?

— Роль семьи в творчестве, на мой взгляд, — как минимум, не мешать творчеству. Однако могу сказать, что дети получились тоже творческие, каждый из них что-то творит, и с уважением относится к тому, что творю я.

Мирослава я вообще могу считать соавтором. Когда я заканчивала первый роман, ему было восемь лет, и он вдруг предложил гениальную заключительную фразу.

Дело в том, что сюжет кольцевой, начинается и заканчивается рождением ребёнка, а всё остальное — его воспоминания о том, что было до его рождения. Я много советовалась с сыном, ибо он прототип души мальчика, от имени которого ведётся повествование. Моей задачей было описать всё простым языком, словно это рассказывает ребёнок. Наличие детей в доме очень этому способствовало.

В прошлом году на творческой встрече с читателями в Беркли вместе с детьми делали небольшое кукольное представление по мотивам моей детской сказки про ёжика, который искал счастье. Муж тоже продолжает верить в меня и с терпением и пониманием относится ко многим моим причудам. Таким как, например, улететь одной на несколько дней в Бразилию встретиться с друзьями и сходить на карнавал. Творческому человеку необходимо иногда отлучаться из дома в одиночестве, я это чётко поняла. Ежедневный быт способен загубить любое вдохновение.

— Вы переносите сюжеты из жизни в художественную прозу?

— Теперь, когда собственные сюжеты и несколько сюжетных линий моих друзей дали жизнь двум романам и одному автобиографическому рассказу, начала больше фантазировать. Хотя, как и любого автора, так или иначе вдохновляет реальная жизнь.

Другое дело, что с этим нужно быть аккуратнее, чтобы никого не задеть. Было два случая, когда люди сами просили написать о них рассказ. И оба раза, как мне кажется, у меня получилось. Любой, даже самый незначительный, момент из реальной жизни может дать начало идее, которая превратится в художественную прозу.

Главное — общаться, путешествовать, набираться новых впечатлений, размышлять и фантазировать.

— Что планируете написать ещё?

— Отлёживаются в файлах два начатых романа, фантастический рассказ и не менее фантастическая повесть для детей. Увы, муза временно покинула меня, у неё я наверняка не единственная. Но она вернётся, не может не вернуться: уж больно интересная должна получиться повесть. Но так как я существо внезапное и противоречивое, могу сотворить потом совершенно не то, что задумала, а даже лучше.

Писатель и блогер Надежда Николаевна Серебренникова (американский псевдоним Hope Silver), автор романов «Родиться вопреки», «Дети не помеха» и сборника коротких рассказов «Любопытные вещи» родилась 24 декабря 1977 года в г. Томске.

Окончила Российский Государственный Педагогический Университет им. Герцена, где получила диплом учителя начальных классов. Работала в газетах Санкт-Петербурга: «Вечерний Петербург», «Метро», «Санкт-Петербургские ведомости» — сначала дизайнером, потом журналистом.

В 2013 году, благодаря выигрышу грин-карты, переехала в Калифорнию, в город Беркли.

В 2015 за роман «Родиться вопреки» получила специальный диплом конкурса «Лучшая книга года» в Берлине, а в 2016 году в Лондоне роман заслужил диплом финалиста в номинации «Перевод». В 2016 году в том же конкурсе диплом «За солнечное творчество» получил сборник коротких рассказов «Любопытные вещи».

В 2017 году «Любопытные вещи» (Curious Things) были опубликованы в США на английском языке.

Интервью: Александра Багречевская
Фото из личного архива Надежды Серебренниковой

ПОДЕЛИТЕСЬ ЭТОЙ НОВОСТЬЮ С ДРУЗЬЯМИ

Прокомментируйте первым "Надежда Серебренникова: «В России не было нужного мне количества покоя и скуки»"

Оставьте комментарий

Ваш адрес не будет опубликован


*


Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.