Алёна Жукова: «Надо жить, а всё остальное приложится»

Жукова

Писатель, сценарист, кинокритик Алёна Жукова рассуждает о жизни русскоязычных писателей и вкусах русскоязычных читателей в Канаде, а ещё вспоминает Одессу.

ЖуковаАлёна, расскажите, пожалуйста, об Одессе. Насколько город, в котором Вы родились, атмосфера, люди, повлияли на Ваше творчество? 

— Одесса для каждого одессита, где бы он ни оказался, остаётся самым родным, особенным, неповторимым городом. Разве можно не любить солнце и море? Но Одесса — не только и не столько географическая точка на карте мира, сколько понятие, символ, знак. Ведь при одном названии этого города у людей, которые хоть немного знакомы с историей и культурой Одессы, на губах возникает улыбка. Это город улыбки, возможно, улыбки Бога. Он прекрасен. Это совсем не значит, что жизнь в нём безоблачна и легка, но воспоминания об Одессе и о молодости, проведённой в ней, остаются для меня драгоценными и заставляют писать.

Мне повезло родиться и жить на Французском бульваре, напротив Одесской киностудии. Вся жизнь нашей семьи была связана с кино. Дедушка был киномехаником, потом замдиректора киностудии, отец — сценарист, мама — монтажёр, руками которой сделаны известные фильмы «Приключения Электроника» и «Чародеи». Ясно, что меня тянуло в кино, как тащит назад в море набежавшая на берег волна. Родители этому противились, зная какой непростой труд в киноиндустрии.

Поэтому, как это часто случалось в типичных одесских семьях, стоял ребром только один вопрос: «скрипка или фортепиано». Выбрали фортепиано в надежде дать «приличную» профессию, чтобы никакого кино. Это не спасло. Через много лет, выучившись музыке везде, где следовало, пришла на Одесскую киностудию музыкальным редактором.

В нашем доме и «киношном» дворе жили знаменитости, имена и фамилии которых сегодня известны каждому. Всех перечислять — длинный список получится, но вот некоторые из них: Хуциев, Тодоровский, Шукшин, Ташков, Савинова. А я помню, как мы, дети режиссёров и актёров, играли в своё кино, придумывая его на ходу. В центре двора, окружённого домами кино/театральных работников, стояла беседка. Вот про эту беседку я написала рассказ, который вошёл в сборник « Реальные истории из жизни современных писателей, или трава была зеленее», вышедший в прошлом году в ЭКСМО.

Но, по большому счёту, в каждой моей книге есть кусочек Одессы, даже если она не названа. Родной город я покидала больше двадцати лет назад, будучи соавтором двух фильмов, снятых на Одесской киностудии, — «Зефир в шоколаде» и «Дикая любовь».

Мой режиссёр пророчествовал вдогонку: «Ты не страну — ты кино покидаешь навсегда», и это оказалось жестокой правдой.

В Канаде в киноиндустрию я уже не вернулась, несмотря на получение гранта от канадского министерства культуры за сценарий короткометражного фильма «Essential Part of the Face» (адаптация повести Н.В. Гоголя «Нос»). Но именно в Канаде началась новая глава моей жизни, связанная с литературой и кино.

— Сейчас Вы живете в Канаде, в Торонто. Можете провести параллель между двумя такими непохожими городами и странами? Как живут современные писатели в Торонто?

— Пожалуй, это параллельные прямые, которые, как известно, не пересекаются.

Разные миры по многим параметрам — от природы до уклада жизни, политических реалий и менталитета, языка и культуры. В Одессе я жила, в Торонто пишу и работаю. Это не значит, что здесь мало возможностей погрузиться в насыщенную развлечениями и увлечениями жизнь. Тут уплотнилось время. Большой город, большие расстояния.

Вместо неспешных прогулок у моря — спортивные пробежки по парку и у озера.

Другой ритм, другие реалии. Но мне всегда хотелось в Торонто реставрировать утерянный мною мир кино — нашего кино, что и сделала, затеяв с друзьями и коллегами большой кинофестиваль российского кино Toronto Russian Film Festival (TRFF). Он проходил ежегодно в течение семи лет, я была его программным директором.

Сейчас Минкульт РФ перестал давать деньги на такие проекты, что, безусловно, печально. Тем не менее, мы не сдаёмся — перешли в камерный формат, привозим единичные, но знаковые фильмы и их создателей. Кстати, не только кино хотелось вернуть в свою жизнь.

Была опасность в англоязычной среде забыть русский язык. Для этого был придуман международный русскоязычный литературный журнал в Канаде «Новый Свет». Уже пятый год я его главный редактор. Вот в нём и появилась возможность у канадских русскоязычных писателей и поэтов быть опубликованными в странах, где ещё говорят на русском. Некоторые наши писатели и поэты после публикаций в «Новом Свете» нашли своих издателей в России.

Журнал учредил премию имени Эрнеста Хемингуэя. Лауреатами её стали канадские, американские, российские и украинские авторы: Валерий Бочков, Ирина Витковская, Александр Амчиславский, Ульяна Колесова, Дмитрий Бирман, Ирина Горюнова.

Но если меня спросить, как живут англоязычные писатели в Торонто, то вряд ли смогу дать точный ответ. Знаю некоторых лично, читаю любимую Элис Мунро (Alice Munro) — лауреата Нобелевской премии, Давида Безмозгиса (David Bezmozgis) — писателя и кинорежиссера. Судя по ним, живут писатели замечательно.

— Какие возможности для реализации своих идей имеют русскоязычные писатели Канады?

— В сегодняшнем мире совсем неважно, где ты живёшь. Важно, на каком языке пишешь. Естественно, англоязычная аудитория гораздо шире, но для меня английский не стал языком, на котором думаю.

Да, бывает, сняться сны на английском, но пишу я только по-русски, а вот, когда вижу перевод моих рассказов, сожалею, что так и не решилась изначально попробовать выразить себя на английском. Возможно, когда-нибудь созрею. Вы спросили про возможности для реализации у русскоязычных писателей Канады — думаю, что они, как и везде, одинаковые. Мне повезло, что на мои рассказы обратили внимание литагент Ирина Горюнова и редактор ЭКСМО, а ныне «РИПОЛ-классик» Юлия Селиванова.

Они внушили веру в то, что сценарист, несколько подувядший во время переселения на канадскую почву, может оживиться в прозе, что и произошло.

В 2010–2011 годах вышли две подряд книги в ЭКСМО «К чему снились яблоки Марине» и «Дуэт для одиночества» (лонг-лист Русской Премии), а потом в 2016 году в «РИПОЛ-классик» — кинороман «Тайный знак», который пока не стал фильмом, но надежды не утеряны окончательно. Поэтому могу смело утверждать, что возможности реализации для русскоязычных канадских писателей ровно такие же, как у всех других, живущих где бы то ни было. Главное — качество текста и удача.

— Вы помните какой-то случай из детства, вписанный потом в Ваши произведения?

— Их много, этих маленьких историй-воспоминаний. Уже рассказала о «Беседке», в ней полностью правдивая история детства. Правдиво и продолжение. Недавно в Торонтском Доме Литературы и Кино, который мы создали для творческих русскоязычных людей в Торонто, показывали фильм почти пятидесятилетней давности «Шаг с крыши».

В рассказе «Беседка» речь идёт о съёмках этого фильма. На этом показе была героиня — актриса Нета Боярская (она живёт в Торонто) и актёр и режиссёр Дмитрий Николаев — он приехал из Москвы. Когда они снимались в этом фильме, им было по 11–12 лет. Надо сказать, что они внутренне почти не изменились, остались такими же юными.

Но, по большому счёту, мы все «родом из детства», оттуда и черпаем. У меня в рассказах очень много непридуманных историй. Встреча с писателем Юрием Ковалем стала сюжетной канвой для рассказа «ПиросВаня». Рассказы «Война, Любовь и Надежда», «Слоёный пирог» — про моих маму и бабушку, а «Мадам Дубирштейн» — про одесский двор и его обитателей. Роман «Дуэт для одиночества» во многом очень личный и связан с моими странствованиями в мире музыки.

— Ваши книги известны русскоязычным читателям на разных континентах. Для какой аудитории Вы работаете? Расскажите о своих книгах, об их создании.

— Я никогда не работаю на аудиторию, — наверное, в этом моя беда. Пишу, как пишется. Желание писать возникает спонтанно. Мой литагент ругает меня, что пишу мало, зато (добавляет) — хорошо. Это, конечно, не способствует тиражам и желанию издательств иметь со мной дело. Писатель всегда должен находиться в процессе и работе, а для меня писательство, скорее, хобби. Только временами очень тяжёлое, когда застреваешь в романе, ложишься и встаёшь с одной мыслью — скорее бы к тексту, к столу, к новой главе. Сто раз себя уговаривала: смотри, сколько вокруг талантливых людей, сколько замечательных книг написано, куда ты лезешь?

Если бы могла не писать, то и не писала бы, но успокоиться пока не получается.

Больше всего люблю жанр короткого рассказа, но с рассказами вышла только одна книга «К чему снились яблоки Марине». Две другие — это романы «Дуэт для одиночества» и «Тайный знак». Все книги разные, но их объединяет одно качество, замеченное критиком Ириной Арзамасцевой, — эта проза «как таблетка под язык», имея в виду оптимизм даже там, где речь идёт о смерти.

Надо сказать, что тема смерти возникает в моих рассказах часто, но, видимо, никого не отпугивает и не отталкивает. Мой любимый жанр — сказка.

В первом сборнике именно таким было деление книги на «Сказки» и «Несказки», но многие отмечали, что особой грани между ними нет. Это я и люблю в литературе, да и в искусстве вообще — реальность, плавно перетекающая в ирреальность.

— В настоящее время может ли пробиться в писательском мире автор-одиночка или нужно быть в литературной тусовке?

Если знаете таких отчаянных одиночек, назовите пару имен. Возможно, каждый писатель по-своему одинок и борется с волнами в бушующем океане литературных смыслов, редакторов, издателей и миф об одиночках не актуален?

— Я не очень понимаю, что такое литературная тусовка, — наверное, потому, что её лишена. Знаю, что сегодня пробиться сложнее, чем даже лет пять назад. Издательства ставят на хорошо продаваемых авторов, либо на победителей и лауреатов крупных литературных премий.

Дают ли знакомства с крупными писателями какой-то бонус — не уверена. В моём случае— многолетняя дружба с Людмилой Улицкой заставила работать больше, хотелось заслужить её одобрение. На обложках двух первых книг есть её напутствие, и это налагает определенные обязательства с профессиональной точки зрения, но никак не поднимает продажи или убеждает издательства иметь со мной дело.

Я, скорее, одиночка, которая совсем никак не вписывается в общий литературный процесс.

А вот когда дело касается публикаций в нашем журнале «Новый Свет», то мне, как главному редактору, приходится обращать внимания на тенденции и новые направления в современной литературе.

— Где ждать выхода Ваших произведений в ближайшем будущем?

— Ближайшая публикация будет в журнале «Дружба Народов» — рассказ «Беглянка», а в ежедневной работе книга «Приключения страшной Маши». Это необычная для меня история. Рассказ «Страшная Маша» появился давно и был опубликован в книге «К чему снились яблоки Марине».

Кому-то он нравился, кому-то — нет, но невероятную популярность получил после публикации в литературном журнале «Этажи».

«Страшная Маша» вышла на сайте журнала и в первые два дня вызвала читательский обвал. Сайт зависал неоднократно. Ирина Терра, главред журнала, не верила своим глазам. На сегодняшний день рассказ прочли 272 тысячи человек.

Конечно, посыпались просьбы продолжить историю Маши. Я долго отнекивалась, считая, что спекулировать на успехе старого рассказа неправильно, но, подумав, вдруг поняла, что в сюжете заложен потенциал для развития, и может получиться очень увлекательная книга, если, конечно, хватит умения и мастерства. Эта работа увлекла невероятно.

Хочу дать несколько глав «Этажам», чтобы проверить реакцию читательской аудитории. Книга не для детей, а для родителей особенных детей. Особенность этих детей в том, что они испытывают трудности общения, плохо вписываются в нормальную жизнь, но при этом обладают экстраординарными способностями, иногда пугающими.

Из переписки с читателями я поняла, что таких семей немало. Родители присылали мне наблюдения за своими детьми, делились удивительными подробностями, страхами и сомнениями. Это очень живая работа. Ещё лежит недописанный роман, настолько измотавший меня, что решила взять паузу.

Всё, чего хотелось бы ещё написать, возникает в потоке жизни. Значит надо жить, а всё остальное приложится.

ЖуковаОльга Григорьевна Жукова (псевдоним — АЛЁНА ЖУКОВА) — писатель, сценарист, кинокритик. Родилась 31 мая 1957 года в Одессе.

Член Московского Отделения Союза Писателей России. Член Союза Писателей XXI века. Член Союза Кинематографистов Украины. Вице-президент, программный директор Фестиваля Российского Кино в Канаде — Toronto Russian Film Festival (TRFF), главный редактор канадского международного литературно-художественного журнала «Новый Свет».

В 1994 году эмигрировала в Канаду. Живёт в Торонто.

 Автор книг:
сборник короткой прозы «К чему снились яблоки марине», Эксмо, 2010
роман «Дуэт для одиночества», Эксмо, 2011
роман «Тайный знак», Рипол-классик, 2016
«Записки пациентов» сборник, рассказ «Август», АСТ, 2014 г.
«Трава была зеленее или писатели о своем детстве» сборник, рассказ «Беседка», Эксмо
«Притяжение неба» сборник, рассказ «Война, любовь и надежда», Эксмо, 2016
«Странная женщина» сборник, рассказ «О женском начале и мужском конце», Эксмо, 2017

Награды:
1996 год — Сценарный грант Канадского Министерства Культуры за сценарий короткометражного фильма «Важная часть лица» / «Essential Part of the Face» (Канада)
2011 год — Памятная Медаль А.П. Чехова «За достижения в литературном творчестве» (Россия)
2012 год — роман «Дуэт для одиночества», лонг-лист литературной премии
«Русская Премия»
2012 год — лауреат премии Союза Писателей ХХI века. Журнал «ДЕТИ РА» за 2011 год.  Рассказ «ПиросВаня»
Литературная Премия Вениамина Блаженного (Беларусь, 2015)
Литературная Премия им. Н.В. Гоголя «ТРИУМФ» (Украина, 2015)
Лонг-лист премии Исаака Бабеля (Украина, 2017)
Почётная международная медаль им. Леси Украинки (Украина, 2017)

Интервью: Александра Багречевская
Фото из личного архива Алёны Жуковой

ПОДЕЛИТЕСЬ ЭТОЙ НОВОСТЬЮ С ДРУЗЬЯМИ

Прокомментируйте первым "Алёна Жукова: «Надо жить, а всё остальное приложится»"

Оставьте комментарий

Ваш адрес не будет опубликован


*


Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.